Друг. Любовник. Муж. 2 часть - Александра Сергеевна Седова

Никита в ванну идёт умываться. Кровь с лица смывает.

Смотрю на Дана, у него тоже бровь рассечена. Руки его в свои ладони беру, грязный бинт осматриваю. От ударов шов разошёлся, кровь просочилась. На другой руке костяшки сбиты. К губам подношу, целую. Он выдыхает громко, рукой по щеке проводит, к себе притягивает, в губы впивается. И поцелуй другой, новый. С привкусом боли и страдания.

Кит из ванной выходит, мимо нас на кухню идёт.

– Поехали, я вас в травму отвезу.-говорю, Дана за руку беру, веду на кухню.

Кит бутылку водки из холодильника достаёт, две рюмки на стол ставит и усмехается.

– Мы ща сами подлечимся.-говорит и подмигивает мне, улыбается распухшими губами.

Дан за стол садится, руку мою не отпускает, на колени к себе усаживает. Как будто боится отпустить. Кит холодную водку разливает. Выпивают не чокаясь, даже не морщатся. Напряжение потихоньку спадает.

– Ствол откуда?-спрашивает Кит, на Дана смотрит серьёзно.

– Купил.-отвечает и новую стопку в горло опрокидывает.

Хочу встать чтобы закуску им достать, а он не пускает, ещё крепче к себе прижимает.

– Разрешение надо оформить.– говорит Кит. Вроде и не обижается на друга.

– Кот сделает.– говорит Дан.

Улыбаются оба, мысленно словами обмениваются. Не принято у них извиняться и о самом сокровенном вслух рассказывать. Друг друга без слов понимают.

– Ты чё не сказал что она у тебя?– спрашивает Дан.– Видел же как мы с пацанами все гостиницы пробиваем.

– Чтобы ты мне хату разъебал?– усмехается Кит, рюмки по новой наполняет.

Ещё по одной выпивают. И вроде не было ничего. Все спокойные, общаются ровно, улыбаются даже. Как в баню сходили, выглядят отдохнувшими. Только раны на лицах напоминают о том ужасе что творился всего час назад.

– Домой поехали.– говорит Дан. Со стула встаёт.– Вещи где?

Кит мой чемодан из спальни прикатывает.

– Я отвезу.-говорит.

Выходим на улицу, противная морось лицо холодит. Мелкие капли в свете уличных фонарей отражаются, как стайки крошечных мотыльков. Идем на парковку, в черный краун садимся. Никита себе не изменяет, если что-то нравится, то навсегда. И машина у него, такая же как самая первая, только новая модель, дорогая. В салоне приятно пахнет его духами, которыми он пользуется на протяжении многих лет, и ароматизатором. Не знаю более постоянного человека, чем он. Дан рядом с ним, на переднем. Болтают о делах, о планах. А я в окно смотрю, любуюсь отблесками ярких неоновые вывесок на мокром асфальте. И вроде всё прошло, можно вздохнуть полной грудью и больше не бояться.

К нашему дому подъезжаем, Кит машину у подъезда паркует, выходит, чемодан мой из багажника достаёт. Дан мне дверь открывает, руку подаёт. Иду к багажнику за чемоданом, Никиту обнимаю, крепко, по родственному.

– Спасибо.– говорю тихо.

Дан рядом стоит, смотрит, электорнку закуривает. Если и ревнует, то виду не подаёт. Всегда так было, что я с парнями нашими обнималась.

Кит придерживает меня, голову к уху наклоняет.

– Давай без глупостей. Он мне на работе трезвый нужен.-шепчет и улыбается, из своих объятий выпускает.

Дан чемодан мой за ручку берет, руку Никите пожимает.

Заходим в квартиру, а там все разрушено. Обломки и осколки кругом, хаос и беспорядок. Что с нами творилось, не понимаю. Как можно было вот-так разрушить всё то, что с любовью создавали.

Дан осколки ногой в сторону сдвигает, чтобы пройти можно было, чемодан в комнату заносит. Я в ванную сразу, не терпится смыть с себя все плохие воспоминания. Раздеваюсь и под горячие струи воды встаю, чувствую как напор быстрых капель в голову бьет, по волосам стекает, и кажется что уносит с собой все плохие мысли и тревожность. Легче становится. Глаза открываю, Дан рядом с душевой кабиной стоит. Наблюдает. Осматривает моё тело внимательно, как будто сверяет с тем, что видел в последний раз.

–Это что?-спрашивает строго. Руку тянет, спины моей легонько касается.

Поворачиваюсь, вижу синяк огромный, красно-синий, с кровоподтёками. Вспоминаю как на дверную ручку налетела.

– Ударилась.-отвечаю.– Когда ты меня оттолкнул.

По лицу его вижу что вспомнил. Ещё серьёзнее стал. Спину нежно гладит кончиками пальцев.

– Прости.-говорит.– За всё…– смотрит на меня, а в глазах столько боли, сколько я за всю свою жизнь не видела. Вижу, что ему тяжелее чем мне. Сам страдает, от всего что произошло.

– Иди ко мне.-говорю тихо, по его обросшей щеке мокрой ладонью провожу.

Он футболку стягивает, на пол бросает. Штаны следом. Заходит и дверь душевой кабины закрывает. Стоит передо мной, обнажённый, под горячими каплями мокнет. Родной и самый любимый. Смотрит на меня, прикоснуться не решается. Борется с собственными страхами и ревностью. Скулы сжимает.

– Давай, больше не будем такими придурками?-говорю, за плечи его обнимаю, в глаза заглядываю.– Слишком дорого ошибки обходятся.

Кивает молча. Руками талию обхватывает.

– Тебе понравилось… С другим..?-спрашивает сквозь сжатую челюсть, глаза в сторону отводит, боится ответ услышать.

– Нет.-говорю, сильнее его плечи обхватываю, как спасательный круг.– Я забыть хочу…

Знает что я не вру. По глазами вижу, что верит. Выдыхает.

– Вместе забудем, хорошо?-спрашивает. В лицо смотрит щенячьим взглядом.– Как будто этого никогда не было.

– Не было.-подтверждаю. Мокрую шею целую, собираю губами капли горячей воды. Хочу в руках его забыться, его ароматом пропитаться, чтобы по моим венам только он один, до самого сердца.

И он крепче обнимает, в губы целует. Здоровой рукой меня между ног гладит, пальцами внутрь проникает. Жарко становится. Всё позади остаётся. За пределами. Вся жизнь, все переживания, вся боль. Нет ни прошлого, ни будущего. Только здесь и сейчас, вместе с ним. И снова крышу сносит обоим. Страсть одна на двоих. Поворачивает меня к себе спиной, шею сзади целует, слегка покусывает, вниз по позвоночнику губами спускается, заставляет дрожать от нетерпения, мурашками покрываться. Задерживается возле синяка, целует долго, каждый сантиметр посиневшей кожи. Поцелуями всю боль стирает и ниже опускается. Ягодицы сжимает, в сторону разводит, скользит горячим языком по влагалищу. Стонать начинаю, возбужденными сосками к прозрачной мокрой стенке прижимаюсь. Дан на ноги поднимается, член вставляет, потихоньку, аккуратно. И кажется что мало его, хочу всем телом его чувствовать. Он желания мои считывает, обхватывает руками, к спине своим торсом прижимается, в шею губами впивается. Здоровой рукой клитор гладит, раненой рукой грудь сжимает. Ощущаю его всем своим телом, и всё равно мало. Хочу ещё ближе быть, чтобы под кожей. Он сильнее мою грудь сжимает, клитор активнее стимулирует, поторапливает, сам с трудом сдерживается чтобы раньше меня не кончить.

–Дан..– выдыхаю, голос на стон срывается.